«Война Джека Хинсона» Главы 1-3

Прозаический рассказ писателя Евгения Худаева «Война Джека Хинсона»

1862 год.gWHpW-hHKdE

Глава 1.

    Через раскрытые ворота плантации Баблинг-Спрингс (Bubbling Springs), во двор въехал небольшой отряд, не больше дюжины кавалеристов в синих,покрытых пылью мундирах. Это был патруль северян. Впереди верхом на прекрасном скакуне красовался молодой щеголеватый лейтенант.
    Джек Хинсон, хозяин плантаций, еще издали заметил подъезжающий отряд солдат, и это ему не понравилось. Любой визит военных приносит с собой какие-то несчастья и проблемы, особенно когда идет война.
Хинсон вышел навстречу солдатам. Первая мысль, которая пришла ему в голову, что-то случилось с его сыновьями, которые еще с утра отправились в лес на охоту. Плохое предчувствие не обмануло его…
    Офицер подъехал и натянул поводья, придерживая коня. Остальные всадники рассыпались, взяв Джека Хинсона и лейтенанта в полукольцо.
    — Мистер Хинсон?!
    — Да, это я…
    — Джордж и Джек, это ваши сыновья? – спросил офицер.
    Лейтенант даже не соизволил поздороваться и представится. В груди Хинсона что-то оборвалось, а в горле сразу пересохло. 


    — Я задал вам вопрос! – повысил голос лейтенант.
    — Да, все верно. Джордж и Джек — это мои сыновья…- поспешно пробормотал мужчина.
    — Мистер Хинсон, тогда у вас большие неприятности, — тонкие губы офицера растянулись в презрительной усмешке.
    — Сэр, не понимаю, о чем вы говорите…- Джек Хинсон не мог оторвать глаз от начищенных до блеска сапог офицера.
     Лейтенант в свою очередь с интересом рассматривал пожилого мужчину, стоявшего перед ним. Невысокого роста, не выше 5 футов и 5 дюймов (1), худощавый, с длинными руками. Маленькие бесцветные глаза смотрели настороженно и недружелюбно. Губы плотно сжаты. Этот человек не понравился лейтенанту с первого взгляда.
    — Сегодня наш патруль задержал двух бушвакеров (2). Ими оказались ваши сыновья, — теперь лейтенант пытливо всматривался в лицо мужчины, ожидая увидеть, какую реакцию вызовут его слова.
    — Не понимаю, какое отношение имеют мои сыновья к бушвакерам…
    — Самое прямое! Их задержали в лесу. Они бродили рядом с армейским лагерем. И эти двое парней были вооружены ружьями…
    — Господин офицер, вы все верно сказали. Мои мальчики сегодня отправились на охоту. Они надеялись подстрелить оленя, — сказал Хинсон. – Неужели вас, военного человека удивляет, что парни взяли с собой на охоту ружья…
    — Меня удивляет совершенно другое в этой ситуации! – перебил мужчину лейтенант, повышая голос. – С какой целью ваши сыновья оказались вблизи нашего лагеря?
    — Скорей всего, это произошло случайно и неумышленно…
    — Боюсь, не все так просто! – ухмылка сползла с лица офицера, а его голубые глаза налились яростью. – В последнее время участились обстрелы нашего лагеря, и наших патрулей. Мерзавцы, называющие себя бушвакерами, скрывающиеся в лесу, стреляют в спины нашим солдатам. К сожалению, среди солдат есть раненые и есть убитые… Мы пытались обнаружить и поймать этих стрелков. Пока все безрезультатно. Само собой, напрашивается предположение, что эти мерзавцы из местных. Они хорошо знают каждую тропинку в лесу, поэтому легко уходят о погони.
Хинсон успел рассмотреть, что среди кавалеристов его мальчиков не было.
    — Лейтенант, уверяю вас, мои сыновья к этому не имеют никакого отношения! В округе все знают, что я и вся моя семья соблюдает нейтралитет! Мы не вмешиваемся в эту войну. Кроме нашей плантации табака нас ничего не интересует…
    — Нейтралитет! Не правда ли, какое очень даже удобное слово, — тихо рассмеялся офицер. – За таким словом хорошо прятать себя и свою большую семейку. В такое непростое и тяжелое время очень трудно соблюдать нейтралитет. Я удивляюсь, как вам, удалось это сделать… Лично я, презираю таких людей, как вы, мистер Хинсон! Честно, я бы понял вас, будь вы на стороне южан.  В этом случае вы бы отстаивали какие-то идеалы… По вашим словам, вы никуда не вмешиваетесь и ни во что не влезаете, чтобы затем, когда победит одна из сторон, присоединиться к победителю! Очень даже удобно. Но я здесь не для того, чтобы стыдить вас или вычитывать вам морали…
    Офицер внезапно зло рассмеялся:
    — Мистер Хинсон, я вас презираю! Ой, простите меня. Я уже это говорил вам. Ну, да ладно, вы переживете… Мистер Хинсон! Я знаю вас всего несколько минут, но уже понял, что вы большой лжец…
    — Лейтенант, почему вы, позволяете разговаривать со мной в таком тоне? – возмутился Джек Хинсон.
    — Действительно, почему? – офицер сделал задумчивое лицо. – Как насчет вашего еще одного сына, который служит у конфедератов? Его кажется, зовут Уильям? – спросил лейтенант. – Прошу вас, поправьте меня, если я ошибаюсь.    
    Джека Хинсона бросило в пот. По спине противно скатывались холодные капельки пота.
    — Я ни за что не поверю, если вы скажите в свое оправдание, что вы этого не знали, — лейтенант торжествовал. – Как видите, ваши заверения о нейтралитете — всего лишь пустые слова. Кроме того, с вашей стороны была попытка ввести меня в заблуждение. Проще говоря, обмануть. Я же не люблю, когда меня обманывают!
    — Джордж и Джек ни в чем не виновны! – настаивал на своем Хинсон.
    — У меня сложилось несколько иное мнение насчет вашей семейки! Уильям покинул дом и ушел воевать на стороне южан, — стал развивать свою мысль лейтенант. – Может, он добрался до армии, а может, болтается по здешним лесам, присоединившись к проклятым бушвакерам, и нападает на наших солдат. Двое ваших других сыновей, Джек и Джордж решают проведать своего брата Уильяма, а заодно поохотиться на солдат…
    — Это все ваши глупые домыслы! – вскричал в гневе Джек Хинсон.
    — Согласен! Я этого и не скрываю, что всего лишь немного фантазирую. Но, как славно все складывается…
    — Я бы хотел знать, где мои сыновья? – Хинсон всем своим видом показал, что ничуть не боится офицера и его солдат.
    — Ах, да, ваши сыновья… Простите, немного отвлекся, — лейтенант чуть повернулся в седле. – Сержант! Мистер Хинсон интересуется своими сыновьями. Где они?
    — Одну минутку, сэр! – весело рявкнул мордатый сержант, после чего противно рассмеялся.
    — Сержант, пусть мальчики останутся на плантации, вместе с отцом. Нам они больше не нужны, — добавил лейтенант.
Глава 2.

    Джек Хинсон ничего не понимал в том, что происходило. Между офицером и его сержантом шла какая-то нехорошая игра, правила которой известны были только им двоим. Хинсон видел, что Джорджа и Джека нет среди солдат, но офицер сказал, чтобы сержант оставил мальчиков… Может, к плантации направляется другой отряд кавалеристов, и мальчики находятся там…
    Мордатый сержант тем временем тяжело слез с лошади и неторопливо отвязал от седла два грязных мешка. Затем сержант, прихрамывая на правую ногу, приблизился к забору перед домом.
    — Мистер Хинсон, господин лейтенант приказал вернуть ваших мальчиков домой… Господин лейтенант очень добр к вам, — бормотал сержант, развязывая мешки.
    — Вернуть?… Но, я их не вижу…
    — Всему свое время.
    Что делает сержант? Зачем он, принес какие-то мешки…
    Когда сержант перевернул мешки и потряс, у Хинсон подкосились ноги, а глаза заволокло мутной пеленой. За миг до того, как на глаза нахлынула пелена, Хинсон успел разглядеть, что находилось в мешках.
    Солдаты привезли две отрубленные головы его сыновей, Джорджа и Джека. Мордатый сержант с подленькой ухмылкой вытряхнул мешки, из которых вывалились головы и покатились по земле. Сержант,кряхтя, подобрал с земли все, что осталось от его сыновей, после чего,не спеша, основательно пристроил головы на двух воротных столбах.Сзади, где испуганно сбились в кучу вокруг жены его остальныедети и сбежавшаяся прислуга, кто-то громко вскрикнул, а затем заплакал.
    — Вы убили моих мальчиков…- еле слышно проговорил Хинсон.
    — Мы их расстреляли, как вражеских солдат!
    — Они не были солдатами… 
    — Чтобы стрелять подло из кустов, для этого не обязательно надо быть солдатами. Считайте, что это месть за подло убитых бушвакерами наших солдат.
    — Вы убили моих сыновей без суда, самостоятельно приняв такое решение…
    Ни для кого не было секретом, что после того, как войска северян захватили фортДонельсон, партизанские атаки на солдат Союза участились.Бушвакеры не давали солдатам спокойной жизни. Здесь, в тылу, северяне зачастую чувствовали себя, словно на поле боя. В ответ солдаты хватали любого подозреваемого в содействии партизанам. Расправа была скорой и обычно происходящей без судебного разбирательства. Именно об этих расправах ходили упорные слухи среди мирных жителей.
    — Идет война! И я, имею полное право разобраться с подозреваемыми в нападении на наших солдат! – лейтенант с трудом сдерживался, чтобы не накричать на старого болвана.
    — Неужели ваша задача в борьбе с бушвакерами заключается в том, чтобы схватить первых, кто вам попался! 
    — Получается этим парням сильно не повезло. 
    — Зачем…
    — Что зачем? – озадаченно спросил лейтенант.
    — Зачем надо было резать моим мальчикам головы? 
    — Чтобы другим негодяям неповадно было! Теперь все остальные, у кого чешутся руки, усвоят урок и будут знать, что мы ни с кем не собираемся церемониться…
    — Вы не должны были делать этого…Не должны были уродовать тела, моих бедных мальчиков… За это кто-то должен ответить…
    — Хинсон, лучше заткнись! А тоя вздерну тебя прямо здесь, перед оставшимися твоими детьми! – вспылил лейтенант.
    — За это кто-то должен ответить! – упрямо повторил Хинсон.
    Серые, холодные глаза, сжатые губы и массивная челюсть ясно указывали, что мужчину очень трудно запугать.
    — Арестовать этого бунтовщика и предателя, а вместе с ним и его жену! – прорычал лейтенант.
    Один из солдат склонился к офицеру и что-то стал торопливо ему говорить.
    — Да мне плевать, что в доме Хинсон останавливался сам генерал Гранд! Это совершенно ничего не меняет! – прервал доклад солдата офицер.
    Скорей всего, лейтенант собирался арестовать Джека Хинсон и его жену, как людей, имеющих прямое отношение к двум ранее казненным, предполагаемым бушвакерам.
    — Сэр, дело ваше, но генерал Гранд будет недоволен вашим решением, — проявил твердость солдат.
    Лицо лейтенанта исказилось от злобы, но он сумел сдержать себя. Последовала очередная команда:
– Сержант, тщательно обыскать дом Хинсон и все амбары, сверху донизу, а затем, снизу доверху! Ищите оружие и любую контрабанду…
    — Есть, лейтенант! – живо отозвался сержант.
    — Хинсон, молите Бога! Если мои ребята отыщут оружие, то я с чистой совестью вздерну вас! – пообещал лейтенант.
    Офицер подозвал к себе двух солдат.
    — Глаз не спускайте с этого мерзавца, пока в доме идет обыск! – громко, чтобы слышал мужчина, отдавал распоряжение лейтенант. – Я пока не решил, как поступлю с этим болваном. Но, если он скроется, я повешу вас обоих!
    Лица солдат стали белее снега от страха. Вскинув винтовки, они застыли рядом с хозяином плантации, не спуская с него глаз. Но, старый Хинсон никуда не собирался бежать. Он оставался стоять перед забором, в том месте, где сержант оставил головы его сыновей. Его тощая фигура сжалась, и словно стала меньше ростом. Длинные руки заметно подрагивали, а глаза слезились. Он стоял и не мог оторвать своих глаз от отрезанных голов.
    Смерть очень сильно изменила и изуродовала лица сыновей. Если лицо старшего Джорджа было спокойным и умиротворенным, то лицо младшего Джека исказилось до неузнаваемости от страха и боли…
    В это время в доме шел обыск. Судя по доносившимся оттуда звукам, солдаты прилагали максимум усилий не для того, чтобы отыскать что-нибудь запретное, а для того, чтобы как можно больше произвести разрушений. В доме то и дело что-то рушилось, ломалось, трещало и билось. Похоже, один только Хинсон оставался безучастен ко всему происходящему.
    Обыск закончился поздно вечером. Солдаты уехали, ничего и не найдя. Хинсон так и продолжал стоять около забора, рядом с тем, что осталось от его сыновей.
    — Старик, тебе и твоим волчатам лучше не попадаться у меня на пути! А то еще не досчитаешься кого-нибудь из них, — крикнул напоследок лейтенант.
    — Тебе офицер, тоже лучше не попадаться на моем пути, — спокойно ответил Хинсон.
    Злой взгляд мужчины не понравился лейтенанту.
Уже немного поздней стало известно, что, задержав Джорджа и Джека, солдаты их расстреляли, а тела привезли в Довер. Убитых парней провезли вокруг площади суда при скоплении народа. Затем трупы обезглавили, таким образом показывая, что будет с теми, кто стреляет в солдат. Впрочем, многие из местных, хорошо зная Хинсона и его сыновей, не верили, что Джордж и Джек принадлежали к бушвакерам. 

Глава 3.

    Джек Хинсон добился, чтобы военные вернули ему тела сыновей. Не по-христиански хоронить в могилах одни головы.
    После похорон, когда соседи и знакомые выражали свои соболезнования, одним из последних подошел старый приятель Хинсона, АлланДраммонд.
    — Джек, мне очень жаль твоих мальчиков… Ведь я знал Джорджа и Джека с самого детства… Война никого не щадит… Прими мои соболезнования… 
    — Нет, Аллан, война здесь ни при чем. Есть конкретные люди, виновные в смерти моих детей, — неожиданно четко проговорил молчавший до этого момента Хинсон. – Кое-кто скоро ответит за их смерть.
    — Джек, неужели ты, собираешься мстить? – казалось, мистер Драммонд сам испугался своего вопроса.
    — Нет. Я всего лишь хочу восстановить справедливость, — сказал в ответ Хинсон. – В любом случае, мои сыновья не заслужили такой ужасной участи…
    Мистер Драммонд прочел в глазах приятеля ненависть и решимость. Теперь он был уверен, что Хинсон принял окончательное решение, в котором переубедить его невозможно.
    Еще через пару дней у Джека Хинсона состоялся другой разговор. Мужчина лет тридцати, встретив Хинсона, стащил с головы старую, потертую шляпу и приблизился к Джеку.
    — Мистер Хинсон… Меня зовут ЛинсиХоум… Я не был на похоронах ваших сыновей, но хочу выразить свою печаль по поводу их смерти…- мужчина явно собирался, что-то сказать, но не решался.
    — Благодарю вас… Чего же вы хотите мистер Хоум? – напрямую спросил Хинсон.
    — Мне известно имя…- сказал Хоум.
    — Имя? Какое еще имя? – удивился Хинсон. – Не понимаю, о каком имени идет речь…
    — Простите сэр, выразился неточно…
    — Так вы, выражайтесь точней! – грубо посоветовал Хинсон.
    — Вы правы, — Хоум осмотрелся по сторонам. – Мне известно имя того офицера… Имя лейтенанта из Пятой кавалерии, который отдал приказ убить ваших сыновей.
Хинсон промолчал. Озадаченный молчанием собеседника, Хоум быстро добавил:
    — Лейтенант Сибли. Доналд Сибли… Да, так его зовут…
Хинсон печально улыбнулся:
    — Линси, зачем вы это делаете для меня?
    — Я думал, что вы захотите разобраться с синими мундирами, — бесхитростно ответил Хоум.
    — Мне без разницы, как зовут этого чертового лейтенанта. Возможно… Возможно, я разберусь с убийцами моих сыновей, но для этого не обязательно знать палачей по именам…- на лице Хинсона застыла маска неприкрытой ненависти. – Достаточно того, что я видел убийц и хорошо запомнил их лица.
    «Не завидую я тем людям, кто станет на пути Джека Хинсона» — про себя подумал Хоум.
    — Мистер Хоум, извините меня за грубость. В любом случае я благодарен вам за помощь…- напоследок сказал Хинсон.
Еще через некоторое время Джек Хинсон распустил всех своих рабов, но никто из них не захотел покинуть его. Хозяин всегда был добр к рабам. Хинсон отправляет семью и рабов в Западный Теннесси к своим родственникам, где они были в безопасности. Хотя его две младшие дочери в это время болели корью, Хинсон настоял на том, чтобы жена с детьми не откладывали поездку. Семья уехала. Хинсон не знал, что видит своих двух дочерей в последний раз.
    Затем Хинсон просто исчез. Никто про него ничего не знал и ничего не слышал.

Продолжение следует….

1. 5 футов и 5 дюймов -167 см.

2. Бушвакер (англ. Bushwhacker) – так называли партизан, во время Гражданской войны в США, которые выступали на стороне Южан. 

Добавить комментарий