Здравствуй, дорогая мама!
Меня отправили в Луизианскую бригаду в дивизии генерала Джонсона. В роте меня приняли тепло. Ребята этой роты служат уже давно и повидали всякого. Я сразу прибился к капралу Энтони Болту, мы построили догтент на двоих и ночевали под одной крышей.

Погода в Вирджинии очень переменчива. В одну из ночей разверзлись хляби небесные и на нас вытекло несчетное количество галлонов воды. Мы все промокли до нитки и едва спасли мушкеты и порох. Особенно досталось Луису Дамаскину. Луи и Сэм Дамаскины — кузены из Луизианы, веселые и отчаянные парни и всегда держатся вместе.
Я и Луи в те дождливые ночи ходили босиком и подхватили лихорадку, однако господь уберег нас от осложнений и мы оба пошли на поправку. Дни проходили в лагерной рутине.

Наш лагерь стоял у дороги рядом с Калпепером, чуть восточнее дорога уходила в рощу и на въезде в нее из-за ливней образовалось болото. Однажды в этом болоте увяз дилижанс и наш сержант Пол Хиггинс, опытный вояка, храни его господь, отправил нас выручать бедолаг из трясины. Мы готовы были оказать помощь добрым горожанам совершенно бескорыстно, но Сэм Дамаскин, бесстрашно залезший в болото по пояс, чтобы поправить ось дилижанса, намекнул вознице, что неплохо было бы и отблагодарить славных солдат бочонком виски. Ведь не окажись нас поблизости, неизвестно какой исход ждал извозчика, пассажиров и багаж. В один из дней благодарный возница завез нам этот бочонок.
Вскоре из штаба полка пришел приказ о переброске нашей части на север. Наш корпус двинулся в долину Шенандоа и вскоре поступил приказ выдвинуться нашей роте на разведку. По сообщениям кавалеристов впереди находился небольшой полевой лагерь северян. Наша задача была найти и попытаться оттеснить проклятых янки. Перед выступлением в нашу роту вернулся рядовой Кэш , который где-то несколько дней отлучался.
Сержант нам выдал пайки и боеприпасы и наш отряд отправился в путь.










Поскольку мне выдали минимум необходимого солдатского снаряжения, я взвалил всё на свои плечи и чувствовал себя относительно неплохо. Чего нельзя было сказать о капрале Энтони. За время службы он разжился трофейным северянским ранцем и кучей нехитрого армейского скарба, который он в этот ранец и прятал. В лагере Энтони жил как король — у него был свой бойлер для утреннего кофе и вилка с перламутровой ручкой, одеяло и пончо от дождя. Однажды он угощал нас консервированными персиками. Ума не приложу где он смог их достать в этой дыре?!
Так вот, хозяйственность капрала выходила ему же боком на маршах. Его ранец, раздувшийся как клещ насосавшийся крови, был так неудобен, что мне приходилось помогать Энтони одевать и снимать его всякий раз, когда мы вставали на привал или трогались в путь.



Лагерь противника мы нашли в 5 милях севернее, кавалеристы нас не обманули. Наш дозорный прибежал к колонне и предупредил что янки выставили часовых по периметру своего лагеря.
Мы перестроились в боевой порядок,и двинулись вперед. У меня был старенький гладкоствольный Спрингфилд, который частенько давал осечки, а штыка мне и вовсе не досталось. Кроме того меня охватила робость перед первой атакой. Однако, мои товарищи были хладнокровны и бесстрашны, что и мне придало спокойствия.
По команде сержанта Хиггинса мы двинулись в атаку. Янки заметили нас и их часовые открыли огонь. Пока дистанция была велика, мы передвигались вперед без потерь. Когда мы сблизились, сержант скомандовал несколько залпов. Зарядив мушкеты снова, мы опять начали сближение с врагом.

Вскоре мы стали нести первые потери. Воздух наполнился пороховым дымом и криками — вокруг воцарился ужас! Сержант Хиггинс скомандовал в штыки и мы стремительно преодолели остаток поля и ворвались в лагерь противника. Чтобы не потеряться в этом хаосе, я всегда ловил взглядом толстый ранец капрала Энтони и следовал за ним.

Наша стремительная атака принесла свои плоды — янки стремительно ретировались, бросив свои палатки.
Нам досталась богатая добыча! В хозяйственном тенте мы нашли батат, бекон и даже едва початую бутылку вина. Там же мы пополнили свои боеприпасы, найдя патронные ящики. Как ни прискорбно, со снабжением у северян дела обстоят гораздо лучше чем у нас!
Пока мы рассовывали добычу по карманам и сумкам, янки перегруппировались и перешли в контратаку. Поскольку лагерь не был укреплен, мы не стали удерживать его, чтобы не повторить судьбу прежних хозяев. Отстреливаясь и помогая раненым мы отступили за ближайший холм.






Мы отступили на пару миль назад. Не смотря на воодушевление от успеха все мы сильно устали и проголодались. Найдя укромное место в тенистой роще сержант Хиггинс скомандовал привал и мы стали готовить еду на костре.






Перед возвращением к своему полку мы заночевали в лесу, чтобы не выдать себя кострами в поле. Сержант и капрал хотели сделать из наших тентов и жердей одно большое укрытие на весь наш немногочисленный отряд. Но вздорные кузены Дамаскины решили ночевать отдельно и сделали свое укрытие. Мне досталось место с краю, у сосны по стволу которой сновали вверх и вниз красные муравьи. К счастью я слышал о том, что муравьи на ночь затворяются в своем муравейнике. Так и вышло — с приходом сумерек они перестали нам докучать.

Мы поужинали и улеглись спать, легкомысленно решив , что противник далеко. Сержант Хиггинс, капрал Болт, рядовой Кэш и я легли под большим укрытием, а кузены Сэм и Луи под своим маленьким. В качестве опор для тента они беспечно использовали свои мушкеты с примкнутыми штыками, перевернув и воткнув их в землю. Это была роковая ошибка.


Ночью все изменилось. Теперь наш костер, ярко горевший среди деревьев стал отлично виден с поля.
Глубоко за полночь небольшой отряд янки вероломно подкрался к нам с разных сторон и открыл пальбу в сторону тлеющего костра. Мы пробудились и в панике стали искать оружие, и боеприпасы. Больше повезло кузенам, так как они расположились в стороне от нашего укрытия и их костер уже прогорел. Они не были обнаружены противником, но не могли оказать отпор, потому что воткнули свои мушкеты в землю и привязали к ним оттяжки.
Луи схватил нож и отчаянно бросился в темноту на вспышки выстрелов янки. Сержант Хиггинс и капрал Энтони, как самые опытные из нас, быстрее всех снарядили мушкеты и открыли ответный огонь. Кругом пальба и тьма, где противник не было ясно. Суматоха и паника охватили наш лагерь!

Но, к счастью, все окончилось хорошо. Янки не ожидали отпора с нашей стороны и ретировались. Кажется кузен Луи даже зарезал одного из них не смотря на непроглядную тьму. Как бы там ни было, нам удалось отбиться! Мы выставили караул и легли спать дальше, а утром, проснувшись и позавтракав, вернулись в расположение полка.



Я очень надеюсь что мы победим проклятых янки и война скоро закончится!
Дорогая мама, нежно целую тебя и обнимаю!
Передавай привет дяде Томми и его племянницам.
С любовью твой сын, Виктор Кроу!
